Косынкой белой перетянут низкий лоб.
Глаза испуганной, уже немолодой газели...
А помнишь, батюшку ты называла "поп",
Как на витрины женского белья глазели?
Представилась шутливо: «штучка с ручкой»!
Над анекдотами смеялась бесконечно,
Всех называла иронично - "деткой", "внучкой".
Теперь другая ты, всё как-то безупречно...
К заутрене спешишь под звон колоколов.
Обедню отстоишь, бьёшь до земли поклоны.
А дома слёзы льёшь и пьёшь болиголов...
Мне показалось? Видно, у тебя есть клоны…
Прости, я просто поздороваться решила…
Смутить тебя не собиралась, ну прости…
Ты вспомнила сейчас, как я тебя смешила?
Ну, слава Богу, есть просвет, мы на пути…
А Бог? Он - наш отец и знает наши души!
Молись и смейся, плачь и не греши…
Иди по морю иль ползи по суше…
Спеши творить добро, и жизнь любить спеши!
Косынкой светлой перетянут низкий лоб.
Глаза - маслины, как у молодой газели…
"А знаешь, встретились сегодня, чтоб…
Ангелы в моей душе опять запели..."
Дорогие читатели! Не скупитесь на ваши отзывы,
замечания, рецензии, пожелания авторам. И не забудьте дать
оценку произведению, которое вы прочитали - это помогает авторам
совершенствовать свои творческие способности
Насіння (The seed) - Калінін Микола Це переклад з Роберта У. Сервіса (Robert W. Service)
I was a seed that fell
In silver dew;
And nobody could tell,
For no one knew;
No one could tell my fate,
As I grew tall;
None visioned me with hate,
No, none at all.
A sapling I became,
Blest by the sun;
No rumour of my shame
Had any one.
Oh I was proud indeed,
And sang with glee,
When from a tiny seed
I grew a tree.
I was so stout and strong
Though still so young,
When sudden came a throng
With angry tongue;
They cleft me to the core
With savage blows,
And from their ranks a roar
Of rage arose.
I was so proud a seed
A tree to grow;
Surely there was no need
To lay me low.
Why did I end so ill,
The midst of three
Black crosses on a hill
Called Calvary?
